Ситуация в Беларуси по-прежнему находится в центре внимания европейских СМИ. Российско-украинская война, которая длится более 1600 дней, усиливает внимание к ситуации в Беларуси. Местный диктатор Александр Лукашенко находится у власти более 32 лет. Он построил в стране авторитарный режим. Существует ли угроза повторного российского вторжения из Беларуси? Будут ли освобождены новые политические заключенные? Какой будет Беларусь после Лукашенко? Об этом мы говорим с директором Института мировой политики Евгеном Магдой.
Кратко:
- Лукашенко зависит от Кремля. Беларусь фактически стала прокси-структурой России, а Лукашенко использует стремление Запада к диалогу, чтобы торговаться с Москвой и Западом.
- Освобождение политзаключенных не означает прекращения репрессий. Благодаря договоренностям с США на свободу вышли более 500 белорусских политзаключенных, но режим продолжает задерживать новых.
- Беларусь остается угрозой для Украины и Европы. Ее территория уже была использована Россией для вторжения в Украину. Политолог Евген Магда не исключает, что в дальнейшем Беларусь могут использовать как плацдарм для гибридной атаки против стран НАТО и ЕС.
- Белорусы в целом не хотят войны против Украины. В то же время растет число граждан Беларуси, которые подписывают контракты с российской армией. А белорусский режим активно помогает российскому ВПК.
- Будущее Беларуси зависит от самих белорусов, но иллюзий быть не должно. По мнению Евгена Магды, сменить власть в Беларуси можно только изнутри. Если Лукашенко уйдет раньше Путина, преемник может оказаться еще более пророссийским.
За последний год благодаря усилиям администрации Трампа более 500 белорусских политзаключенных вышли на свободу. Как это изменило ситуацию в Беларуси? Что это изменило для региона?
Режим Лукашенко в отношениях с администрацией Дональда Трампа пытается играть на иллюзиях последнего относительно возможности оторвать Беларусь от России, лишить ее статуса «белорусского балкона», который можно использовать для российской агрессии в Балто-Черноморском регионе. Благодаря частичной отмене американских санкций в отношении авиакомпании «БЕЛАВИА», а также производителей и экспортеров калийных удобрений из Беларуси на свободу вышли несколько сотен белорусских политических заключенных. Среди них – лауреат Нобелевской премии Алесь Беляцкий, известные оппоненты Лукашенко Виктор Бабарыко, Мария Колесникова, правозащитники и журналисты. Отдельным направлением стал состоявшийся в этом году обмен известного белорусского журналиста Анджея Почобута на задержанных в Польше белорусских и российских шпионов. В обмене участвовала и Молдова. Сейчас в Минске ждут спецпредставителя Трампа Джона Коула, а представители правозащитников готовят списки для освобождения заключенных, количество которых в последнее время существенно не изменилось.
Получается, что Лукашенко торгует людьми?
На самом деле проблема не только в создании подобного механизма. Стремление Трампа «оторвать» Лукашенко от Кремля основано не на понимании региональных реалий и специфики его отношений с Путиным, а на эмоциональных оценках. В результате Трамп нарушил логику американских санкций против Беларуси (санкции со стороны ЕС остаются в полном объеме) и породил у Лукашенко завышенную самооценку. Проблема также в том, что вместо освобожденных политических заключенных репрессивный аппарат Лукашенко продолжает задерживать новых. Поэтому мы сталкиваемся с парадоксом: освобождать заключенных необходимо, но не такой ценой.
Стремление Трампа «оторвать» Лукашенко от Кремля основано не на понимании региональных реалий и специфики его отношений с Путиным, а на эмоциональных оценках.
Упомянутый вами Анджей Почобут 8 сентября вернулся в Беларусь, как и обещал. Насколько я понимаю, это его позиция как человека и гражданина…
Хотя я лично не знаком с Анджеем Почобутом, уже давно слежу за его профессиональной и гражданской позицией. Она вызывает у меня огромное уважение, ведь Почобут – принципиальный человек, который не сдался за решеткой лукашенковской тюрьмы. Его стремление вернуться в Беларусь кому-то может показаться иррациональным. Однако я считаю, что это сильный поступок сильного, очень сильного человека. Также можно сказать, что освобождение Почобута частично улучшило польско-белорусские отношения, хотя радикальной отмены санкций со стороны Варшавы не произошло – вместе с другими соседями Беларуси Польша придерживается общей линии ЕС по этому вопросу.
Беларусь остается центром авторитаризма в Европе. По сути, это последняя европейская диктатура. Кто в этом виноват? Почему так происходит? И какова будет дальнейшая роль Беларуси после Лукашенко?
Думаю, что Лукашенко проиграл Путину конкуренцию за статус «последнего диктатора Европы», поскольку хозяин Кремля оказался более умелым и циничным. Подавление белорусскими властями протестов 2020 года, миграционный кризис 2021 года, соучастие Беларуси в развертывании широкомасштабной агрессии России против Украины привели к формированию соответствующего отношения к Лукашенко. Сегодня Республика Беларусь – это кремлевская прокси-структура, за спиной которой можно спрятаться. Об этом свидетельствуют публичные заявления Путина о размещении в Беларуси тактического ядерного оружия в 2023 году или ракетного комплекса «Орешник» в 2025 году. Кремль умело играет на стремлении Минска продемонстрировать самостоятельность так, как ее понимают в самом Минске, откровенно используя амбиции Лукашенко в своих интересах. Например, в 2023 году РФ передала Беларуси дивизион ОТРК «Искандер»: до этого РФ обстреливала из этих комплексов территорию Украины. Эти ракетные установки способны использовать ядерные боеголовки.
Хочу напомнить, что за более чем 32 года пребывания у власти у Лукашенко были разные периоды в отношениях с Западом. Однако он никогда не мог устоять перед «заманчивыми предложениями» со стороны Кремля, возможно, по той причине, что зависимость Беларуси от России как поставщика дешевых энергоресурсов и рынка сбыта белорусских товаров всегда была решающей. Кремль умело держит Лукашенко на коротком поводке, о чем свидетельствует существенная роль белорусских предприятий в выполнении задач для российского оборонно-промышленного комплекса. Сотни белорусских предприятий сегодня работают на продолжение войны России против Украины, что Лукашенко использует как аргумент против втягивания в непосредственные агрессивные действия.
То есть воевать против Украины белорусы не хотят?
В широком смысле – нет, не хотят, да и мобилизовать (читай – раздать оружие) тех, кто в 2020 году выходил на акции протеста, Лукашенко боится. Однако приведу другой факт: постепенно растет количество граждан Беларуси, которые подписывают контракты с российской армией. Их уже больше, чем белорусов, присоединившихся к рядам Сил обороны Украины в качестве добровольцев. Это тревожная и крайне неприятная тенденция. Тем не менее миллионы граждан Беларуси не хотят втягивания их страны в войну – это известный и очевидный многим факт.
Вы заметили вспышки напряженности вокруг мигрантов, которых используют как инструмент провокаций против соседей Беларуси. Как к этому относится режим Лукашенко? Он жертва этого процесса или его инициатор?
В 2021 году миграционный кризис на границе Беларуси с Литвой и Польшей был инициирован и организован режимом Лукашенко. Он выглядел как инструмент давления на ЕС ровно до 24 февраля 2022 года. С началом широкомасштабной агрессии России против Украины стало понятно, что это была дымовая завеса, скрывавшая подготовку вторжения.
То есть когда Лукашенко публично заявлял: «Мы с Владимиром Владимировичем – соагрессоры», он не лгал?
У него были свои причины так говорить. Однако факт соучастия белорусского руководства в разжигании крупнейшей в современном мире войны остается неоспоримым. Ответственность за это Лукашенко придется понести, хотя сейчас он примеряется к месту за столом переговоров о завершении российско-украинской войны.
Однако факт соучастия белорусского руководства в разжигании крупнейшей в современном мире войны остается неоспоримым.
Поэтому мы должны найти ответы и на вопрос, как развивать отношения между Беларусью и Украиной. Реально ли существует угроза войны, которая снова может прийти в Украину с территории Беларуси?
Беларусь и Украина в исторической ретроспективе не воевали друг против друга. Более того – именно наши народы, как никакие другие, испытывали на себе давление российского империализма и советской концепции «братских народов». В июле 1994 года в Беларуси и Украине прошли президентские выборы, которые стали точкой бифуркации в истории развития постсоветских республик. В феврале 2022 года с территории Беларуси в Украину вторглась многотысячная группировка российских войск, несмотря на многочисленные обещания Лукашенко и его окружения, что этого никогда не произойдет. Украина выстояла, дала отпор и впредь будет оставаться демократическим государством – я в этом уверен, несмотря на все существующие сегодня проблемы. Какой будет Беларусь? Ответ на этот вопрос находится в руках ее граждан; изменения в этом государстве, как и в любом другом, возможны только изнутри.
Как в таком случае могут быть использованы различные факторы влияния Беларуси на западных соседей? Ведь угроза эскалации в регионе со стороны России не уменьшается, а постоянно возрастает.
Отмечу несколько факторов: белорусская государственная пропаганда активно работает против западных соседей – Польши, Литвы, Латвии. «Страшилки» о НАТО и выдумки о ЕС стали обычной практикой в белорусском медиапространстве. Поскольку в информационном пространстве Европы активно обсуждаются перспективы эскалации со стороны России, я не исключаю, что территория Беларуси может стать плацдармом для гибридной атаки – на этот раз против страны НАТО и ЕС. Это позволит Кремлю умыть руки и заявить о своей непричастности к подобным действиям. Поэтому Беларусь и ситуация внутри страны должны оставаться в центре внимания ее соседей; я считаю целесообразным согласование действий стран Люблинского треугольника – Литвы, Польши и Беларуси.
Готов ли Лукашенко быть инструментом в чужих руках? В заключение спрошу: какой будет Беларусь после Лукашенко?
Проанализировав характер отношений Лукашенко и Путина, я должен подчеркнуть: они не являются друзьями, несмотря на более чем 100 встреч, состоявшихся за последние 25 лет. Лукашенко – это геополитический денщик Путина, вынужденный обслуживать его интересы. И это ему не нравится, хотя изменить ситуацию он не может. Если смена власти в Беларуси произойдет до смены власти в России, в Минске у руля появится политик, еще более пророссийский, чем Александр Лукашенко. К сожалению, я в этом уверен. И поэтому советую не строить иллюзий относительно Беларуси, а работать с ее гражданами более настойчиво.
Лукашенко – это геополитический денщик Путина, вынужденный обслуживать его интересы. И это ему не нравится, хотя изменить ситуацию он не может.
Интервью записала Светлана Мялик
